ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ.

Высший расцвет искусств. — Величавые мастера. — Леонардо да Винчи. — Микеланджело. — Рафаэль. — Венеция с Тицианом во главе

I

Возрождение Италии началось как раз с того действия, которое понятно под именованием Авиньонского пленения пап. Латинский язык, как язык богослужения, сделал Рим космополитом, позволил играть ему международную роль; люди 1-го направления и 1-го духа гласили на ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. одном языке. Развитие европейской литературы как раз совпало с упадком латинского католичества. Жива идея пробилась через прежний мертвый язык; летаргический сон средних веков проходил; латинский абсурд сменялся актуальной, гибкой речью. Явился Данте, который сделал не только лишь «Божественную комедию», да и язык для нее. Общий поворот в идей и понятиях совершился ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ.. Папа Николай V был меценатом и наук, и искусств, а конкурентом ему в данном деле был его друг Козьма Медичи, который призвал, умирая, не священника, а философа, утешавшего Козьму примерами и цитатами из греческой философии. При общем подъеме духа возрождалась и старогреческая литература. Петрарка совместно с Боккаччо изучали ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. греческих создателей, понимая, что на эллинских образчиках зиждется фундамент глобальной литературы.

Во 2-ой половине XV столетия два новых мира раскрылись для Европы: один был открыт Христофором Колумбом, другой — взятием турками Константинополя; один перевернул торговлю мира, другой — вызвал религиозное брожение.

Греческая литература водворилась в Италии при помощи турецкого ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. орудия. Латинский перевод Библии, считавшийся до того времени непогрешимым, растерял собственный авторитет при сопоставлении с греческими и еврейскими подлинниками. Латинское Евангелие было, по удачному замечанию, вторичным распятием меж 2-мя разбойниками.

Около 1440 года изобретается книгопечатание. Искусство это сходу добивается умопомрачительных результатов, и во главе нового движения стоит Венеция. За 1-ые ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. 30 лет книгопечатания из 10 000 изданий, вышедших в Европе, на долю Венеции приходится 2835. Правительство, сносившееся с народом с помощью церкви, сейчас, с изобретением прессы, могло придти в конкретное с ним общение, и таким макаром правительство от церкви отделилось. Но, естественно, пасторская кафедра стояла длительное время могучим конкурентом прессы. Для крестьянина дорога2, хотя по мемуарам ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. юношества, воскресная проповедь и вся церковная обстановка: он получил имя через священника, он перед алтарем объединился формальным методом с той, которая была для него дороже всего в жизни, за валом церковного двора умиротворенно спали все его милые, переселившиеся в наилучший мир, ожидавшие всеобщего воскрешения. При помощи церковных кафедр можно ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. сделать почти все, и примером этого может служить даже современная Америка; в Нью-Йорке воскресные речи священника создают еще более воздействия, чем все газетные статьи. Но нельзя опровергать в то же время огромного значения прессы, если она твердо стоит на данной почве. Во всяком случае — слушать и ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. читать не одно и то же: одно — акт пассивный, другое — активный. Вроде бы ни было сладкоречиво ораторство, — район его воздействия на разумы ограничен; аудитория журнальчика колоссальна. Журналистика оказывает влияние на массы; газеты в наше время делают всякую речь орудием силы, присваивают ей значение политическое, выводя ее из замкнутого круга ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. слушателей и передавая массе.

В XV веке происшествия сложились так, что интеллектуальное первенство Италии стало неминуемым. Великобритания была занята гибельной войной Красной и Белоснежной роз, и там во всей силе царствовали те грубые, сумасшедшие сцены варварства и насилия, блестящие картины которого с таковой превосходной силой отражаются в произведениях Шекспира. Вся Великобритания ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. представляла собою либо ряд укрепленных замков, либо ничтожные древесные домики с окнами без стекол, с травой заместо кроватей; охотники, бедные крестьяне, солдатские шайки — вот население Великобритании. В Германии шла война гусситов, более беспощадная, чем война роз. Кулачное право было на первом плане; дебоширство, грубость и бесчинства были ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. ее различительными признаками.

Во Франции дворянство всегда не сходит с лошадки; британцы властвуют в стране; общее неблагоустройство таково, что волки забегают к самому Парижу.

Феодальное право еще обхватывает всю Европу: там пьют, едят и дерутся.

Не то в Италии, — тут новое веяние, новое правительство. Тут цветет торговля, сюда стекаются капиталы ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., призрак войны не беспокоит воображение. В сношениях с соседями силу кулачного права подменяет дипломатия. После того как древная цивилизация пала, мы тут в первый раз встречаемся с обществом, которое живет интеллектуальным удовольствием. Двор Версаля был только потомком итальянской утонченности. Ученые не таятся уже по монастырям в пыльных книгохранилищах, — их правительство ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. вызывает на арену публичной деятельности, они становятся секретарями, министрами.

Учреждается Академия философии, восстанавливаются пиры Платона. В необыкновенную залу собирается цвет учености и искусства и тут дискутирует меж собою без чинов и этикета о тех вопросах, которые так нередко беспокоят воображение, не находя для себя ответа.

Естественно ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., характеры и нравы общества очень смягчились; роскошная обстановка породила роскошное воззвание. Жизнь шла забавно и шумно, каждый дом мецената и дворец был вправду приютом веселия. Итальянцы давали полный простор собственной оригинальности и гибкости мозга, не смущаясь никакими формальностями, сменяя ужин танцами, танцы — радостными загадками и трепотней.

Искусство было так сродни душе ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. их; умение отрисовывать и познание живописи числилось нужным. Взор современников на даму отличался свежестью и простотой. Они добивались, чтоб дама была всегда ровна, размеренна в собственных манерах, всегда подчинена правилам приличия, но живость мозга должна удалять ее от скукотищи; она должна держаться середины, которая составлена бывает время от ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. времени из крайностей, но доходит до узнаваемых границ, никогда их не переступая. Недоступность дамы не еще есть добродетель и достоинство ее; для чего ей чуждаться общества, случаем услышанной свободной фразы, игривого выражения; ну и вообщем манеры одичавшей застенчивости противны в обществе. Для того чтоб показать себя свободной и разлюбезной ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., очевидно, не нужно держать себя неблагопристойно, вступать со всеми в ненадобную короткость; поступать так — означает заставлять о для себя мыслить ужаснее, чем нужно. Если дискуссии не нравятся либо кажутся неблагопристойными и если дама умна, — она всегда сможет с легким румянцем на лице свести разговор на другой предмет, более солидный. И ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. вправду, в эру Медичи мы встречаем в Италии дам большущего образования, роскошного вкуса и мозга, с экстазом отзывающихся на великодушные теории Бембо, — о всеобъятной незапятанной любви.

II

Жизнь Италии в эру Возрождения и жизнь наша так далеки друг от друга, представляют таковой умопомрачительный контраст со стороны наружной декоративности ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ.! Монотонно серенький тон жизни нашего огромного городка, наш кислый темный мужской костюмчик, отсутствие настоящего вкуса в современных дамских нарядах, — представляют такую разницу с великолепием обстановки и костюмчика Италии!..

Когда барон объезжает страну, за ним едет несколько тыщ человек свиты, одетых в бархат, шелк; он едет на охоту с сотками ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. собак и соколов. Баронесса Лукреция Борджиа въезжала в Рим со свитой в 200 амазонок, из которых любая имела собственного кавалера. Вся жизнь Италии — какая-то выставка, некий расчудесный парад, одно сплошное блестящее празднество. Удовольствия — вот основной актуальный принцип: услаждаться следует всем — и разумом, и чувством, а в особенности очами. Никакие ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. религиозные идеи, никакие воззвания язычников, вопросы о народном образовании не тревожут итальянцев. Они не религиозны, они привели в кошмар Лютера своим безбожием. Идя в церковь, они гласили, что делают поблажку народному суеверию.

По выражению Лютера, они либо эпикурейцы, либо фанатики. Пуще всего на свете они страшатся святых Себастьяна и Антония, так ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. как святые эти насылают язвы; они страшатся их еще больше, чем самого Бога; они не веруют ни в воскрешение, ни в нескончаемую жизнь; их философы не признают ни души, ни откровения. Над монастырями смеются; монахи служат неизменным оселком насмешек.

Разврат и безбожие вправду занимали в Италии не маленькое ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. место, и Савонарола, который прямо объявлял, что жизнь Рима по преимуществу свинская, был совсем прав.

В театрах давались пьесы, которых сейчас не отважился бы играть ни один антрепренер. Дворцовые представления имели сюжетом легенды традиционной древности, изображавшие охоту и любовные похождения богов. Папа Лев X, человек с огромным образованием и роскошным ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. вкусом, окружал себя массой прихлебателей, поэтов и музыкантов, подшучивал над своими гостями, подавая им к столу блюда из мортышки либо вороны. Надев сапоги со шпорами, он с одичавшей страстью носился на жеребце по буграм за оленем и кабаном; у него шутом состоял монах Марианно, который проглатывал сходу целого голубя, мог ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. съесть 20 цыплят и 40 яиц. Страсть к зрелищам не прошла в Риме, состязания и беги практиковались повсевременно; неосуществимые приапеи, имевшие место некогда в римском цирке, опять к общему соблазну стали являться перед народом, — инстинкты стали чувственны, перезрелы.

Две силы бьются в человеке: одна напряженная, болезненная — сила полудикого варвара, другая — узкая ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., любознательная, утонченная сила мысли человека, тронутого цивилизацией. Одной наружности ему не много, он просит внутренней, психической силы, — просит эталона.

Италия предоставила фламандцам заниматься будничными ежедневными сценами маленького жанра; она презирает пейзаж, не вдохновляется теми неодушевленными предметами, за изображения которых с таким удовольствием берется германский живописец. Настоящий предмет искусства ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., по воззрению итальянцев, — только тело человека, все другое, по словам Микеланджело, — пустая забава, которую можно предоставить наименьшим талантам. «Для искусства необходимо одно, — произнес Челлини, — уметь потрясающе выписать мужской и дамский торс». И вправду, итальянцы дошли в этом до совершенства. Их тело человека является на картинах здоровым, энергическим, атлетическим ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ.. Оно родственно древнему телу Греции; любая мускула, каждый сустав, каждый волнистый извив тела исследован до мелких подробностей, доведен до необыкновенной степени совершенства.

Всякая беспощадность, все вызывающее кошмар либо сочувствие — чуждо итальянской школе. Исключительно в период упадка возникают в Болонье трагические сюжеты.

Мягенькие, смиренные мотивы с воздушными очертаниями линий полны ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. благородства и светлой, могучей силы таланта. Здесь нет размеренного домашнего затишья, которым так нередко веет от северных школ, но зато тут вознесена людская личность на гигантскую высоту, проникнута высокой степенью христианской красы и беззлобия.

III

Период блестящего благоденствия итальянских школ был невелик: это всего каких-нибудь 50 лет, последняя четверть XV века и ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. лет 30 XVI столетия. Круг живописцев тесен: в одну ли, в другую ли сторону отступите от этого круга, — вы встретитесь или с невыработанными, неустановившимися формами, или с искусством одряхлевшим и испортившимся. На маленьком пространстве времени скопилась плеяда таких имен, которые служат вековечными эталонами того, что в полном ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. смысле слова может быть названо искусством. Живопись выступает на 1-ый план, архитектура и статуя блекнут перед нею. Леонардо да Винчи, Микеланджело, Рафаэль, Андреа дель Сарто, Бартоломмео, Тициан и Корреджо — вот сила и слава Италии.

Естественно, могучая школа не явилась сходу; подготовительное исследование антиков образовало тот Ренессанс, который по самому значению ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. слова указывает возрождение того, что уже было до этого.

1-ый период итальянской живописи раскрывается флорентийскими живописцами, которые изучали живопись у греков, вызванных сенатом Флоренции для преподавания в школах. Первым мастером флорентийцев нужно именовать Джотто, юного пастуха, нарисовавшего на песке собственных коз, увиденного художником Чимабуэ и взятого им в ученики. Исследовав византийский ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. стиль, Джотто не мог удовлетвориться его сухостью и перебежал на исследование антика. Он вдохнул жизнь в искусство, отступил от безжизненной сухости библейских сюжетов, взялся за портреты, и мы ему должны изображением величавого Данте. У него в первый раз проявляется то богатство глубочайших мыслей, которым отличалась потом ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. флорентийская школа. Его нельзя именовать совершенным во всех деталях, но какой новатор бывает совершенным! Его лица иногда не роскошны, частности очень слабы, но зато в общем он далековато оставляет за собой предшественников.

После Джотто нужно отметить его последователя Паоло Учелло, которого именуют основоположником линейной перспективы; тот натурализм, который вступил ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. в доминирование новым направлением, естественно, востребовал кропотливого исследования рисунка, и законы схода линий стали необходимыми. Но настоящим основоположником школы итальянской живописи безусловно нужно считать Мазач-чо, который стоит на поворотном пт меж старенькым и новым направлениями. Его фрески обнаруживают проблеск гения мыслителя, который вдруг шагнул дальше собственного времени, возвысившись ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. нужно всеми современниками, сделавшись предтечей новых, неизвестных форм. Разработка тела у него приятная, законченная, переливы света и тени нежны, драпировки широки и великодушны — все много великого плюсы. Не понятый современниками, он оценен был только полста лет спустя, когда Рафаэль и Микеланджело признали его своим учителем. Он в бедности жил, в ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. бедности погиб, и могила его осталась неведомой.

Предание древнехристианской живописи имело блестящего истолкователя Пьетро Перуджино (по другому Пьетро Ваннуччи), ученика флорентийского мастера Андреа Веккьо, так повлиявшего на разработку тосканского искусства, первого изобретателя гипсовых слепков, — он усвоил для себя натуралистическую выработку форм и отдал целый ряд таких произведений, которые ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. по собственному прозрачно-цветистому колориту и утонченной нежности форм носят на для себя печать милого, сердечного и мечтательного чувства. К Перуджино примыкает целый ряд помощников и учеников, которыми он может гордиться. Он направлял все силы собственных воспитанников на религиозные сюжеты, задерживал их талант в недрах церкви. Величайшему из его учеников ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. предначертано было сделаться и величайшим художником мира; непременно, что Рафаэль должен Перуджино очень многим, находился длительное время под его воздействием и, живя во Флоренции, был так далек от языческих сюжетов и натурализма.

Отец Рафаэля, Джиовани Санти, из Урбино, обнаруживал в живописи направление очень схожее перуджиновскому, но был наделен более честной техникой ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., чем полетом фантазии; в его произведениях сквозит достоинство и энтузиазм. Талант отца перебежал, естественно, и к отпрыску; приличное рисовальное образование с юношества могло только развить и укрепить природное дарование.

Искусство продвигалось вперед циклопическими шагами. Живописцы брали от собственных предшественников все, что они могли взять, и сами, сознавая ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. свое совершенство, шли дальше, связывая в одно целое сильные стороны различных школ, все одухотворяя своим гением. Старшим, могучим представителем нового направления явилась превосходный личность Леонардо да Винчи. Это был любознательный дух многостороннего творчества, сведущий во всех искусствах и науках, воспроизводивший все, за что он ни брался, с необыкновенной ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. глубиной мысли. Недаром историк Галем произнес про него, что его зания были практически сверхъестественны. С глубиной и меткостью мысли у него соединялись необыкновенная нежность, глубочайшая идея и вкупе с тем выработка в выполнении. Живопись составляла для него главное в жизни, но он мог бы сделать еще большее, если б занялся только ею ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ.. Это не упрек человеку, который может быть равно назван гением и в живописи, и в архитектуре, и в арифметике, и в инженерном искусстве, — это констатирование факта, и только. Да Винчи за длительное время до Бэкона высказал величавую правду, что основание науки — опыт и наблюдение. Он указал на ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. большущее значение арифметики; семь лет спустя после открытия Америки он ясно выложил теорию сил, действующих на рычаг в косвенном направлении, а спустя пару лет понял годичное вращение Земли. Он отдал описание камеры-обскуры, просочился в потаенны воздушной перспективы и игру цветовых теней, открыл предназначение радужной оболочки глаза и действие длительных ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. воспоминаний на нее. Им написано потрясающее сочинение по фортификации; ранее Кастелли он делал опыты гидравлики; изучал падение тел на основании догадки вращения Земли; выводил законы движения по наклонной плоскости, изучал обыкновенные машины; имел четкое понятие о дыхании и горении и предназначил величайшую догадку геологии о поднятии континентов.

К огорчению ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., до нас не дошли многие его живописные работы, и наилучшие вещи его юности мы знаем только по описаниям.

Да Винчи был нелегальный отпрыск Сан-Пьетро, флорентийского нотариуса, и получил потрясающее образование в доме собственного отца, пользуясь при всем этом самыми рачительными попечениями со стороны супруги его отца. Очень ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. рано в нем развилась страсть к живописи, и его дали в ученики к Андреа Верроккьо. Скоро он достигнул таких фурроров, что учитель поручил ему приписать к его картине «Крещение Спасителя» — ангела. Когда парень исполнил эту работу и позвал учителя посмотреть на нее, у того выпали из рук кисти ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. и гамма и он в изумлении воскрикнул: «Этот ребенок смыслит больше меня!» Упражняясь каждый денек в рисовании, по собственному непререкаемому правилу: «Ни 1-го денька без черты», да Винчи в то же время продолжал свои занятия по наукам и скульптуре. Он отлично пел и играл на лютне, изобретал музыкальные инструменты, писал сонеты, отличался ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. красотой, искусством одеваться, могучей физической силой и блестящим остроумием.

В 1482 году, 30 лет от роду, да Винчи был вызван миланским герцогом к для себя на службу. В будущем году им была изваяна колоссальная модель скульптуры барона Франческо Сфорца, считавшаяся у современников чудом искусства. Сразу с лепкой скульптуры он пишет Пресвятую ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. Деву (что стоит сейчас в Милане), изготовляет огромное количество рисунков и картонов, по которым потом его ученики пишут картины, основывает Академию художеств, в какой воспринимает инициативное роль своим преподаванием, читая анатомию. Том его рисунков, числом около двухсотен сорока, изображающих различные части тела человека, хранится и до сего времени в ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. Английском царском музее. Он издал управление о пропорциях тела человека и исследования о перспективе и известный собственный трактат, где он рекомендует изучить живопись сначала на натуре, а позже уж на антиках. Потом он устроил к свадьбе барона Галеоццо с Изабеллой Арагонской большой, непростой механизм, изображающий течение планет ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., занялся стройкой купален, конюшен, пригородных вилл. С 1499 года его деятельность переносится во Флоренцию; тут он пишет портреты, изобретает машины, осматривает в качестве генерального инженера все крепости страны, проводит каналы и, в конце концов, получает звание придворного живописца короля французского. Огромное количество драгоценного времени было им потрачено на изобретения различных ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. механических игрушек для забавы общества, но посреди этих бесплодных занятий иногда проскальзывали суровые труды, как, к примеру, изученный им закон отражения зеркал.

Безусловно, величайшим его произведением следует считать «Тайную вечерю», написанную им на стенке трапезной монастыря Санта Мария деле Грацие (в Милане), обращенной позже в кавалерийские казармы. Картина эта ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. в 28 футов длины, с фигурами, в полтора раза превосходящими человечий рост, известна каждому по нескончаемому количеству снимков с нее; благородство трактовки, типичность отдельных лиц, величавая гарония стиля, религиозное вдохновение, которым проникнута вся картина — делают ее одним из величайших созданий людского гения. К несчастию, до нас дошли одни остатки от нее ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ.. Писанная прямо масляными и притом некрепкими красками на стенке (а не альфреско), она была попорчена наводнением в 1500 году. Вандализм владетелей монастыря позволил, ради хозяйственных суждений, пробить в картине дверь, так что отчасти ноги Спасателя были уничтожены. Еще больше варварски поступили ее реставраторы. В прошедшем веке Беллотто переписал ее ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. самым вопиющим образом. К счастию, чертежи да Винчи и копии его учеников дают нам полное представление об этой композиции. Его картины, которыми он состязался с самим Микеланджело, полны потрясающей силы и могут считаться школой для юного поколения. В Италии, в различных церквах, есть его волшебные вещи, время от времени неоконченные, подмалеванные ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., но все же неоценимые. В Парижском музее есть потрясающая голова Иоанна Крестителя и два дамских портрета, расчудесной моделировки форм и необычной тонкости в рисунке.

В Эрмитаже есть три картины да Винчи: «Богоматерь» (гр. Литты), «Святое семейство» и «Женский портрет». 1-ая картина — одно из самых ранешних произведений да Винчи ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., написанное в 70-х годах пятнадцатого столетия. Богоматерь посиживает у окна, из которого раскрывается невеселый вид, и предлагает грудь Иисусу. Безупречная красота Малыша и нежность Мамы невольно останавливают зрителя. В «Святом семействе», не считая Христа и Богоматери, еще есть Иосиф и святая Екатерина.

IV

Ломбардское направление живописи, данное да Винчи ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., развиваясь, воздействуя на последователей, отдало новое, необыкновенное светило: Антонио Аллегри, прозванный Корреджо (1489—1534).

Он родился в Корреджо, в округах Мантуи, в Мантуе и погиб. Глубочайшее чутье тончайшего духовного анализа, умопомрачительный спектр, умение изобразить самую полную экспрессию внутреннего движения — ставит его вместе с иными итальянцами-гениями. Мягенький перелив тонов, который уже чувствовался у ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. да Винчи, ярко выступил у Корреджо. Бархатность красок, серебристый дрожащий перелив света были доведены художником до высшей степени совершенства. У него есть смелость Микеланджело и грация Рафаэля. Экспрессия лика Христа на горе Элеонской (в галерее Веллингтона) полна глубочайшей поэзии. Его «Христос перед Пилатом» — эталон божественной скорби, до ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. какой еще никто не высился. По нраву собственному Корреджо не мог заняться специально одной библейской живописью: эмоциональность нередко лишне увлекала его; мифологические сюжеты более соответствовали его нраву. «Воспитание Амура», «Юпитер в виде облака обымает Ио», «Леда с подругами» — вот композиции, к которым он шел с любовью. Один волосок отделял его от ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. аффектации и манерности. Это ясно сказывается даже по копии, помещенной у нас с его картины — святой Иероним. Его ученики впали в манерность, не достигнув уникальной игривости его работ. У нас в Эрмитаже есть его «Богоматерь», «Аполлон и Марсий» и «Успение Богородицы». Последняя работа представляет набросок фрески ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., заказанной канониками Пармского кафедрального собора. Фреска осталась незаконченной, потому что отцы повсевременно придирались к художнику, а один даже именовал его произведение — рагу из лягушек. «Аполлон и Марсий» писаны на крышке клавесина и были подарены, возможно, одной из бессчетных возлюбленных художника. Портрет, приписываемый Корреджо — очень сомнителен. Нерукотворный Образ, приложенный в ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. нашем издании, был писан художником на материи для церковной хоругви, но в текущее время переведен на холст.

По следам да Винчи пошел профессиональный Фра Бартоломмео. Тот же тающий, размеренный разлив красок, та же хладнокровно загадочная величавость лиц, та же незатейливость композиций. Время от времени в нем прорывается сухость, но ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. доверчивая простота и страстная религиозность выкупают ее. В том же направлении шел Андреа дель Сарто, стоящий на распутье меж да Винчи, Корреджо и Микеланджело, увлекающийся то тем, то другим, владеющий и грацией, и мягкостью тонов, и тем познанием анатомии, которое оживил Микеланджело.

Микеланджело Буонарроти — представляет явление аналогичное с да Винчи. Он ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. идиентично велик как ваятель, конструктор и живописец. Он оживил голое тело традиционной древности; скинул все условные традиции собственной школы и сделал нечто могучее, типичное, всесильное. Мощная лепка его произведений полна гиганской силы. Ему противна мягенькая грация линий, зыбучие очертания ласковых лиц, психологическая игра чуть приметных движений души, — он признает только ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. величие и силу и сам работает в области искусства с демонической мощью.

Страстная натура привела его на грань искусства: он отдал последние законченные эталоны мускулатуры — его подражатели впали в бред. Он и в живописи и в ваянии архитектор: он ощущает и лепит мускулы. Каждый герой его — титан ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., элемент земной силы, стихия. Это реалист самый глубочайший. Он практически никогда не доканчивал собственной скульптурной работы; все делалось порывом, циклопическими скачками льва. Но зато что за ракурсы, за повороты создавал он под воздействием минут вдохновения! Наружный эффект время от времени очень порабощал его, он многим жертвовал ему там, где сила ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. сюжета соответствовала наружной оболочке Микеланджело. Но в тех случаях, когда эта оболочка может быть очень грубой для взятого мотива, его произведения оказываются очень манерными. И в зодчестве Микеланджело явился тоже типичным, начал создавать формы уникальные, был сам для себя и учеником и учителем. Не имея особенного навыка в ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. строительных работах, он подменял своим гением отсутствие практики, он вторгся в эту область математических четких пропорций, смело доказав, что для него никаких условных законов не существует и что фантазия художника — единственный закон. Точно так же и в зодчестве, как и в скульптуре, его последователи ударились в шарж, совсем распустив фантазию ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ., пренебрегая правилами, ссылаясь тут на величавого учителя и в то же время не имея его гения. Молвят, что Микеланджело никогда не бывал доволен ни своими красочными, ни своими строительными работами. Он гласил, что его профессия — статуя, что он велик конкретно в этой области.

В его юношеских работах по ваянию ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. нет еще той мощности, которая потом сказалась в нем. Это бурная сила, которая еще спит перед просыпанием. К первым его работам нужно причислить чудной красоты ангела в болонской церкви, стоящего на коленях перед монументом святого Доминика. Еще больше плюсы в Богоматери с бездыханным телом Отпрыска: группа, находящаяся ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. в церкви Святого Петра и исполненная всего на 25 году его жизни. В конце концов, к незначительно позднейшему времени относится его колоссальный Давид, доставивший ему гигантскую славу. Папа Юлий II, вступив на престол, заказал Микеланджело надгробный монумент, который был должен превзойти все имеющееся в этом роде в мире. Он поэтому тормознул на этом ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. художнике, что тот обосновал в собственном «Давиде» практически неосуществимое: более 100 лет во Флоренции лежал огромный кусочек мрамора, из которого архитектор Дикуччо пробовал сделать гигантскую скульптуру для площади; камень остался испорченным; совет живописцев с да Винчи во главе объявил, что он никуда не годится, а Микеланджело сделал из него ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. «Давида». Ранее он околпачил 1-го кардинала, продав за антик собственного купидона, которого он закопал в землю. Ввиду всего этого выбор папы понятен. В общей композиции монумента преобладал аллегоричный элемент, так как живописец, по желанию папы, был должен изобразить римские провинции в виде пленников в цепях и все искусства ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. также обремененными узами, потому что со гибелью папы и те и другие лишались свободного развития.

С одной стороны — большой расход, с другой стороны — различные пререкания с его святейшеством, в конце концов, живописные работы художника в Сикстинской капелле помешали окончить монумент. Расписывание капеллы, заказанное художнику, было делом интриги его ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. противников, думавших, что он окажется лузером на этом поприще. Расчет оказался неправильным. Приглашенные из Флоренции ассистенты сильно мало его удовлетворяли: и в один красивый денек он уничтожил все, написанное ими, и в 20 два месяца, запершись совсем один в капелле, сделал колоссальные, потрясающие фрески, целые превосходные поэмы: и сотворение мира, и человеческое ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. грехопадение, и искупление. Работы в Сикстинской капелле нужно считать за самое удачное создание Микеланджело, превосходящее даже его статуи. Никогда еще примитивные элементы книжки Бытия не находили для себя такового полного выражения в кисти: в фигурах прародителей, сивилл и пророков, в семейных портретах. Микеланджело, казалось, иногда отрекался сам от ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. себя, создавая нежные, полные красы образы.

Преемник Юлия II, Лев X, поручил Микеланджело окончить монумент и в то же время сделать реставрацию фасада Сан-Лоренцо во Флоренции. Действия 1527 года, приведшие к изгнанию Медичи, выдвинули Микеланджело, как человека и политика, на 1-ый план, он был назначен комиссаром над городскими ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. укреплениями. Защищая город от приступов, он в то же время не покидал собственных работ, нанизывая ряд воспоминаний, изощряя свою художественную память в раздирательных картинах народной драмы. Испанцы и немцы бросились на Италию, Рим был разорен, папа Климент VII брошен в темницу, где принужден был питаться кониной. Масса трупов распространяла ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. заразу на римских улицах, когда Микеланджело уже въезжал в нескончаемый город, чтоб окончить свои работы в Сикстинской капелле, — гигантскую фреску Ужасного Суда.

Принимаясь за семидесятифутовую картину, живописец задумывался, что здесь же, у этой стенки, он испустит дух; настроение его было до того страшно, политические перевороты до того тревожили его отечество ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ.. В один прекрасный момент он свалился с высоты подмостков Сикстинской капеллы, разбил для себя ногу и, запершись у себя дома, решил до погибели не выходить оттуда. Его друг — доктор вошел к нему, только выломав двери. В свободное время он читал Данте, черпая в его стихах образы для «Страшного Суда ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ.». Тут ему были полный разгул фантазии, полная ширь творчества; на свободе он мог выказать скульптурные зания тела человека, в каком у него не было конкурентов. Когда-то в молодости, чувствуя недочет собственных анатомических познаний, он променял одну из собственных статуй на человечий труп, — с того времени в течение 12 лет ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. занимался анатомией на покойниках, и в один прекрасный момент, заразившись на трупе, чуть не поплатился за свою любознательность жизнью. Все фигуры в «Страшном Суде» голые. Во всем блеске тут ощущается глубочайшее познание форм, скорченных, дрожащих от боли, сплетающихся меж собой, полных необыкновенной силы. Современники были возмущены, поражены этим ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. реализмом. Церемониймейстер папы умолял создателя, от имени его святейшества, прикрыть хоть чем-нибудь наготу фигур. «Передайте отцу, — ответил Микеланджело, — что если он исправит мир, я исправлю картину в несколько минут»1.

1 Молвят, что живописец, рассерженный надоедливостью церемониймейстера, здесь же и приписал его понизу картины, снабдив вприбавок ослиными ушами. Тот побежал сетовать к ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. отцу. «Освободите меня, ваше святейшество!» — «А он тебя куда же посадил?» — спросил папа. «На самое дно ада». — «Так далековато власть моя не простирается, — ответил святейший отец, — и если бы ты был в чистилище, я для тебя бы помог».

Эта большущая фреска, в 50 футов высоты и 40 ширины, способна произвести у ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. зрителя головокружение. Это олицетворение волнения, ужаса и кошмара. Покойники, заслыша звуки труб Архангела, поднимают надгробные камешки, раздирают саваны, мертвенно глядят полусгнившими очами. Одни полны отчаяния, другие надежды, наверху группа освобожденных, веселых; в центре Христос, проклинающий грешников, отвернувшийся от Богоматери, которая уговаривает его спасти заблудших. А эти злосчастные, чувствующие на для ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. себя всю тяжесть Божественного приговора, в порыве отчаяния извиваются и корчатся понизу, наводя невольный кошмар своими адскими конвульсиями боли. В общем, нет той чистоты духа, которая замечается в его плафоне капеллы, но потрясающая энергия общего, в особенности нижней части картины, ставит художника на недосягаемую высоту.

Важная из ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. статуй Микеланджело «Моисей» обличает в самом сильном свете ту могучесть и погоню за эффектами, которая была не чужда художнику. Фигура эта представляет часть монумента Юлию II, хотя и не полностью гармонирует с общим. Последней его работой было окончание храма Святого Петра в Риме, от которой он отрешался, ссылаясь на свою старость ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. (ему тогда было 72 года), все же его уговорили. И хотя он не дожил до открытия собора, все же по его рисункам был построен огромный купол: и собор явился в том нимбе величия, которое и до сего времени поражает нас необыкновенной грандиозностью.

Микеланджело происходил из графского рода Каноссы и числился ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. высокообразованным человеком собственного времени. В его нраве соединялась эластичная мягкость эмоций, проступающая в его стихотворениях, и совместно с тем та грозная величавость, которой полны его произведения. В собственных сонетах он воспевал одну из прелестнейших дам того века, Викторию Колонну, — вдову 1-го маркиза, с которой он познакомился уже 62 лет ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. от роду. Погибель ее привела его в глубочайшее отчаяние. Он все вспоминал ее последний визит, когда она была у него перед собственной скоротечной заболеванием. «Зачем я, прощаясь, поцеловал ее руку, а не лоб», — повторял он. Скончался Микеланджело в 1567 году; весь Рим хоронил его; но позже родственники перевезли потаенно ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. его тело во Флоренцию, и оно было там погребено с необыкновенной пышностью снова, в церкви Веб-сайта Кроче.

Из последователей Микеланджело следует именовать венецианца Фра Себастьяно дель Пьомбо, вызванного из Венеции Микеланджело для выполнения в чудесном венецианском колорите превосходных планов его фресок. По рисунку и картону величавого мастера он ИТАЛИЯ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ. выполнил известный образ «Лазарева Воскресения», что находится в Лондоне и может поспорить с Рафаэлевым «Преображением». У нас в Эрмитаже есть его «Несение креста» — одна из самых восхитительных его работ.

V


itogi-gak-trudoustrojstvo-i-vostrebovannost-vipusknikov-upravlenie-kachestvom-podgotovki-specialistov-usloviya-opredelyayushie-kachestvo-podgotovki-specialistov-stranica-16.html
itogi-gayuip-publichnij-doklad-obsheobrazovatelnogo-uchrezhdeniya-krasnodarskogo-kraya.html
itogi-gorodskogo-konkursa-vizualnogo-tvorchestva-pushkin-peterburg-2017-god.html